Антироссийские санкции: бойтесь своих желаний

Известный в Лондоне эксперт по российской экономике, инвестиционный аналитик, проработавший более 17 лет в России на аналитических направлениях в “Тройке Диалог”, в “Сбербанк КИБ”, “УралСибе” и “Альфа-Банке”, а сегодня партнер-учредитель компании “Macro-Advisory”, Крис Уифер (Christopher Weafer), написал статью размышления на тему российских санкций. Этот материал обращенный, главным образом, к западному бизнесу, который оказывает серьезное влияние на политический истеблишмент, вызвал большой интерес. Здесь, в Лондоне, отлично помнят, как бесславно ушедший, премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон на встрече с Президентом США Бараком Абамой с вызовом и бравадой заявил, что если бы не Великобритания, страны Западной Европы никогда бы не ввели санкций против России.

И сегодня для многих по-прежнему трудно понять, чем мотивировалось британское руководство, последовательно разрушая ткань двусторонних отношений, которая непросто создавалась на протяжении многих лет. Эта тема по-прежнему не дает покоя Лондону. Правда, с чисто британским жестким прагматизмом: не продешевили ли?

Крис Уифер, который считается здесь, в Лондоне, одним из наиболее информированных экспертов по России и СНГ, довольно прямо утверждает в своей статье: если намерением санкций, наложенных Западом на Россию, было заставить руководство страны измениться, то, очевидно, что эта затея провалилась, если их намерением было причинение ущерба благосостоянию русского народа, то определенный результат был достигнут, хотя и небольшой.

Аналитик рассуждает о том, что когда администрация США и ЕС будут пересматривать политику в отношении санкций в конце этого года, они рассчитывают, что Кремль будет надеяться увидеть начало смягчения экономических санкций против России. Москва в этом случае, вероятно, может пойти на уступки и постарается сотрудничать с США и ЕС, если наградой послужит поэтапное уменьшение санкций в экономическом секторе в 2017 году. Крис Уифер уверен, что если санкционная политика Запада продолжится, то реальной опасностью станет то, что Москва начнет концентрироваться на векторе укрепления своих взаимоотношений с Китаем и другими странами Азии.

Рейтинг поддержки Владимира Путина в конце 2013 году составил 63%, что очень похоже на то, как разделились голоса избирателей на выборах в марте 2012 года. С начала конфликта с Западом в отношении Крыма и Восточной Украины, его рейтинг поддержки вырос до 80-89%. Любой, кто изучал российскую историю, знает, что русский народ сплачивается вокруг своего лидера во время кризиса. Это одинаково верно как для царской, так и для советской эпохи. В любом случае Путин вновь будет избран президентом в марте 2018, если только он сам не решит иначе. Все показатели указывают на то, что он планирует оставаться на посту президента до 2024 года. Даже если он уйдет в отставку это не повлечет за собой смену режима - система правительства и руководства не изменится.

Уифер уверен, что санкции, особенно, когда, дескать, СМИ преподносят их как экономическую и политическую атаку на Россию, во многом помогли Путину. Он констатирует, что опросы населения показывают, что подавляющее большинство россиян возлагают вину за резкий экономический спад именно на западные санкции.

По мнению автора, в действительности же санкции внесли лишь незначительный вклад в нынешнюю рецессию: безусловно, наибольшей причиной, например, падения рубля и негативного экономического роста, стало падение цен на нефть. Но не только уменьшение цен на нефть нанесло такой ущерб, оно произошло в тот момент, когда экономика уже ощутила замедление роста ввиду того, что старая модель развития начала терять свою эффективность. Новая модель основывалась уже на переплетении таких разнонаправленных факторов как снижение цен на нефть, рост заработной платы в государственном и частном секторах, а также увеличение пенсий, сильный “эффект низкой базы” и рост общественного доверия в результате стабильности, которую принесло правительство Владимира Путина. Эта модель начала формироваться в 2012 году. В 2013 году ВВП вырос лишь на 1,3%, или, другими словами, на одну треть от показателей двухлетней давности, несмотря на тот факт, что средняя цена на нефть приблизилась к отметке в 110 долларов за баррель, и не существовало никаких геополитических проблем.

При этом Крис Уифер отмечает, что, несомненно, санкции имели некоторый негативный эффект. Сокращение поставок отдельных продуктов питания зимой 2014 года привело к инфляции, хотя и в значительно меньшей степени чем эффект от падения зависимого от нефти рубля. Приток западных инвестиций практически пересох, за исключением нескольких крупных энергетических сделок и в 2014 году также прошла еще одна волна оттока капитала. С начала 2014 года, то есть, за 2 года, российским банкам и промышленным компаниям пришлось выплатить 250 миллиардов долларов внешнего долга. Это сравнимо с 20% ВВП по текущему курсу обмена валюты. Очевидно, что это не могло произойти без значительного удара по экономике. Но такого удара не выдержала бы ни одна страна в мире.

Крис Уифер философски замечает, что те, кто предсказывал или надеялся на экономический армагеддон, который мог бы перерасти в народные протесты, явно ошиблись. И объясняет своим коллегам на Западе: когда не остается другого выхода, Кремль делает то, что должен. В данном случае, он поддержал решение Центробанка прекратить контроль над валютным регулированием. Проще говоря, Центробанк отпустил рубль в свободное плавание. Этот поворотный политический ход смог сохранить экономику практически самостоятельно, создав платформу для большей стабильности и став ядром возникшей новой промышленной модели. С этим практически лишено смысла все западное давление на Россию, которое уже продолжалось как политическая синергия.

Решение позволить рублю отправиться в свободное плавание и резко упасть по отношению к евро и доллару далось нелегко. За последнее 15 лет правительство заявляло, что рубль является символом экономической стабильности России. Существовал риск того, что подобные действия могли запустить цепь событий, подвергающих опасности всю банковскую систему. Однако этого не произошло, отчасти из-за того, что россияне ассоциировали этот шаг с западными происками. На данный момент цена на валюту стала более-менее стабильной и колеблется в районе 60 рублей за доллар. Если бы люди увидели в этом результат плохого экономического управления и пренебрежения реформами, тогда картина на сегодняшний день, вероятно, была бы иной.

Российская экономика все еще находится в состоянии рецессии, но постепенно выходит из нее и вероятно начнет расти в четвертом квартале этого года. Если в остальном ситуация не изменится, т.е. не произойдет очередной нефтяной коллапс или другая экстренная ситуация извне, то в 2017 году мы должны увидеть экономический рост примерно в 1,5%, даже если текущее положение дел с санкциями не улучшится.

Таким образом, санкции больше не оказывают какого-либо влияния и экономика приспособилась к новым стандартам. Что же, и да, и нет, - полагает автор. Опасность коллапса или кризиса миновала, но это не означает, что экономика автоматически продолжит стремительный рост в ближайшие несколько лет. Речь идет о моменте, когда санкции могут оказаться критическим фактором положения дел в экономике. Это, по мнению Криса Уифера, объясняет тот факт, что Кремль, мол, с нетерпением, ожидает начала поэтапного снижения наложенных санкций. Правда, им не учитывается другой фактор - резкое снижение уровня инфляции, что позволяет задействовать широкий спектр возможных инструментов развития.

Очевидно, что санкции в связи с ситуацией в Крыму, не будут ослаблены еще долгое время, если это вообще случится. Вспомним хотя бы долгую жизнь поправки Джексона-Вэника. В равной степени, отсутствует прямое доказательство того, что запрет на использование технологий двойного назначения или некоторого оборудования и услуг в нефтяной отрасли производят какой-либо эффект. Российская нефтяная промышленность сейчас находится на пике постсоветской эпохи, и, в действительности, намерена расти и дальше, поскольку крупным компаниям, таким как “Роснефть”, удалось обеспечить финансирование, продав свои акции в некоторых добывающих предприятиях. Одним из примеров может быть покупка индийской нефтегазовой компанией ONGC 15% акций “Ванкорнефти” за 1,2 миллиарда долларов в начале этого года.

По мнению аналитика, санкции в экономическом секторе различаются. Де-юре они блокируют лишь государственные банки и некоторые другие управляемые государством предприятия от западного кредитования. Крис Уифер обращает внимание на то, что де-факто негативные последствия от санкций намного шире - глобальный бизнес получил от Запада и США главный сигнал: Россия, мол, неподходящее и опасное место для ведения бизнеса. Он напоминает, что существует целый ряд примеров, когда торговые и инвестиционные соглашения, которые, казалось бы, не попадают под ограничения де-юре, не были заключены попросту из-за опасений наказания. Пример череды невероятно крупных штрафов, предъявленных США банкам ЕС за их попытки обхода американских санкций и “предупреждений” в отношении Ирана, навис “большой темной тучей” над теми, кто хотел бы и готов был вести бизнес в России.

Подводя итог, Крис Уифер констатирует: на сегодняшний день экономика России достаточно стабильна и выходит из рецессии. Однако, аналитик считает, что существуют 4 условия, которые позволят российской экономике вернуться к устойчивым 3-4% роста. По его мнению, это:

1) способность правительства удержать дефицит госбюджета от дальнейшего роста;

2) увеличение объема иностранных инвестиций;

3) увеличение объема инвестиций и расходов внутри страны;

4) снижение опасений санкционных рисков.

Крис Уифер полагает, что сохранение санкций на шансы президента Владимира Путина быть вновь избранным не окажет особого влияния. А вот то, что в период следующего президентского срока это приведет к серьезному ослаблению сотрудничества с западными странами и, естественно решительно развернет взоры Росси на Восток, - для аналитика очевидно. При таком развитии сценария, для России сотрудничество с Западом по такой схеме не представляет никакой экономической заинтересованности. И это верно - Запад для Росси становится попросту неинтересен.

В завершении Уифер дает хороший совет: для тех, кто убежден в том, что санкции необходимо сохранить, и оставить Россию “за бортом”, есть хорошая поговорка: “Бойтесь своих желаний“.

10 August 2016

Законы ценой 2,6 триллиона
Иран вместе с Россией построит две новые АЭС

• Бизнес попросит у государства до $90 млрд в случае секторальных санкций »»»
Темпы роста российской экономики могли бы ускориться в третьем квартале этого года.
• Канадский бизнес просит не вводить санкции против России (Производители свинины боятся потерять свой третий по величине рынок сбыта) »»»
Ассоциация канадских производителей свинины Canada Pork International (CPI) обратилась к правительству Канады с просьбой не применять экономические санкции по отношению к России.
• EBay решила расширять присутствие в России, несмотря на санкции »»»
Американская компания EBay, предоставляющая услуги в областях интернет-аукционов, сообщила о готовности расширять собственное присутствие на российском рынке.
• "Пятая колонна" в США: как бизнес лоббирует защиту от санкций против России »»»
Запад вводит все новые санкции против России, но страдает от этого не только Россия, но и западный бизнес.
• The Washington Times: Путин умело разыграл слабые финансовые карты »»»
В трудной финансовой ситуации Россия ухитряется повышать цены на нефть путем одних лишь переговоров и при этом поддерживать высокий уровень добычи.